Ормузский минимум: как регион сохраняет нефтяной экспорт

Семь товарных судов за сутки — столько проходов через Ормузский пролив зафиксировала аналитическая компания Kpler во вторник, 6 октября. Это минимум с 23 июля, сообщает Reuters. На следующий день число выросло до десяти, однако в воскресенье и понедельник оно превышало двадцать в сутки. Даже на фоне уже нарушенного судоходства это заметный спад.


Одновременно аналитики Kpler сообщают, что общий экспорт сырой нефти с Ближнего Востока удалось удержать на довоенном уровне. У этого сочетания есть вполне материальное объяснение: часть нефти поступает к танкерам на побережьях, откуда для выхода в открытое море Ормуз проходить не требуется. Чтобы понять происходящее, нужно проследить не только за судами в проливе, но и за тем, где они получают груз.

Что именно упало до минимума

По сведениям Reuters, снижение числа проходов последовало за усилением атак на танкеры. Источники агентства в сфере морской безопасности, отслеживающие инциденты, назвали предыдущую неделю самой тяжёлой по количеству таких атак с начала войны США и Израиля с Ираном 28 февраля. Сохранение объёмов нефтяного экспорта происходит на фоне угрозы самим перевозкам.

У наблюдаемого минимума есть важная граница: данные не включают суда, которые идут с выключенными передатчиками автоматической идентификационной системы — AIS, чтобы избежать обнаружения. Семь проходов означают минимум в отслеживаемой серии, а не полный учёт всех перемещений.

Есть и различие между рядами наблюдений. Kpler приводит число товарных судов, тогда как LSEG сообщила Reuters о восьми проходах всех судов 6 октября: четыре на вход и четыре на выход. Эти значения нельзя соединять в одну последовательность. Тем более нельзя напрямую рассчитывать по ним падение относительно довоенного среднего в 125 крупных коммерческих судов в сутки: в том показателе учитывались танкеры, газовозы, сухогрузы и контейнеровозы.

Для нефтяных поставок нужен отдельный измеритель — объём груза. В записке от 6 октября аналитики Kpler Эммануэль Белострино и Юи Ториката оценили поток сырой нефти через пролив как минимум в 10,1 млн баррелей в сутки. Это на 27% меньше максимума военного периода, достигнутого неделей ранее, и 74% довоенного уровня. По их словам, показатель вернулся к сентябрьскому среднему.

Таким образом, за резким суточным спадом числа судов стоит более сложная картина перевозок нефти. Число проходов и баррели в сутки описывают разные стороны одного маршрута.

Нефть подходит к морю с другой стороны

Ормуз соединяет Персидский залив с Оманским заливом. Танкер, загруженный внутри Персидского залива, должен пройти через этот узкий выход. Но нефть можно доставить к другому побережью по суше и уже там погрузить на судно.

В справке Управления энергетической информации США — EIA — от июня 2025 года описаны два таких пути. Саудовский нефтепровод «Восток — Запад» связывает центр переработки нефти Абкайк у Персидского залива с портом Янбу на Красном море. Нефтепровод в Объединённых Арабских Эмиратах соединяет наземные месторождения с экспортным терминалом Фуджейра в Оманском заливе. Оба позволяют отправлять нефть, обходя Ормуз.

Именно рост поставок с побережий Красного моря и Оманского залива отмечают аналитики Kpler в октябрьской оценке, которую приводит Reuters. Совокупный экспорт оттуда достиг 6,7 млн баррелей в сутки — более чем вдвое выше довоенного уровня. По их оценке, это компенсировало потери поставок через Ормуз и помогло сохранить общий экспорт сырой нефти региона на довоенном уровне.

При этом Оманский залив участвует в двух разных операциях. На его берегу можно погрузить нефть, доставленную в обход пролива. В его водах также перегружают нефть с одного танкера на другой — это операции ship-to-ship, или STS. По данным тех же аналитиков, основная часть сокращения нефтяного потока через Ормуз пришлась именно на перевозки с такой перегрузкой. Само место перегрузки за пределами Персидского залива ещё не означает, что груз обошёл пролив.

Что удалось компенсировать

Оценка Kpler относится к совокупному экспорту сырой нефти с Ближнего Востока. Она не распространяется автоматически на сжиженный природный газ, контейнерные грузы или всё судоходство региона. Нефтепровод доставляет к другому порту нефть; заменить им рейс газовоза или контейнеровоза нельзя.

Не означает компенсация и того, что пролив утратил значение. EIA в своей справке подчёркивала ограниченность обходных возможностей: для большей части обычного потока через Ормуз альтернативного выхода из региона нет. Наличие трубопровода создаёт маршрут для определённых поставок, а не свободный объезд для любого груза из Персидского залива.

Октябрьские данные показывают, как нефтяной экспорт может удерживаться при падении наблюдаемого трафика на главном морском выходе. Для этого меняется путь нефти к порту погрузки. Поэтому у двух сообщений — о минимуме проходов и о сохранении общего экспорта — разные предметы: первое описывает загруженность и уязвимость конкретного маршрута, второе — объём сырой нефти, который регион отправляет покупателям через несколько побережий.