Пенсионная реформа в России: от недоверия и отрицания к принятию неизбежного

Тогдашний руководитель отечественного правительства Дмитрий Медведев заявлял о том, что россияне «в основном» смирились с неприятным «сюрпризом», перед которым в виде свершившегося факта поставили их власти, еще в 2018 году. Впрочем, о том, что его слова не соответствовали истине красноречиво свидетельствовали не только прокатившиеся по стране протестные выступления, но и весьма существенное падение рейтингов всех представителей высшей власти России без исключения.


Народ не понял, не принял и не одобрил их начинание, несмотря на множество попыток разъяснить происходящее – от достаточно квалифицированных, до откровенно топорных, лишь «подливавших масла в огонь». Звучавшим «сверху» уверениям в том, что иного выхода нет, что никто в данном случае не пострадает особенно сильно, равно как и ссылкам на «мировую практику» и «глобальные тенденции» люди попросту не поверили.

Возможно, тут сыграла роль извечная российская привычка ни в грош не ставить все увещевания власть предержащих (в особенности в тех случаях, когда за ними явно просматривается стремление что-то конкретное у тебя отнять), а, возможно, дело в том, что как раз в данной ситуации проблема касалась слишком многих жителей страны. Ведь всякий рано или поздно рассчитывает получить то, что принято называть «заслуженным отдыхом». И, как поется в известной песне «каждый все-таки надеется дожить».

Увеличение (пусть и растянутое на не такие уж и долгие пять лет) пенсионного возраста шансы на это однозначно снижает. И пусть люди разумные понимают, что в вопросе достижения «возраста дожития» ведущую роль играет не только то, наступит он в 60 или в 65 лет, а качество жизни, условия труда, уровень здравоохранения и еще достаточно много факторов, с пенсионной реформой никак не связанные, но в данном случае налицо вполне конкретный, зримый «раздражитель» и люди, несущие ответственность за его появление.

Следует признать – никакие приводимые властями аргументы относительно «экономической обоснованности» пенсионной реформы вроде ожидаемой экономии средств, за счет которой буду повышены социальные выплаты или им подобные людьми восприняты не были. Да, протестная активность, вспыхнувшая буквально сразу же после обнародования законопроекта о реформе, сошла, практически, на нет в течение каких-то нескольких месяцев. И всё стало выглядеть так, будто бы прошёл путь от недоверия и отрицания к принятию неизбежного. Но это совершенно не означает, что Россия реформу приняла.

Почему не произошло взрыва «народного гнева»? Тут попросту сыграл свою роль целый ряд факторов. Прежде всего, главным «горючим материалом» для любого протеста в нашей стране является молодежь, а вот как раз ее данная тема по вполне понятным причинам «за живое» не берет. Многие представители молодого поколения вообще считают, что к тому моменту, когда это будет касаться лично их (лет через 30-40-50) пенсионное законодательство изменится еще неизвестно, сколько раз.

Многие люди предпенсионного возраста, узнав о том, что лично их это не коснется и они смогут завершить собственный трудовой путь еще по старым нормам законодательства, предпочли «не обострять» и «не нарываться». Да и вообще – чем больше лет нашим соотечественникам, тем крепче в них убеждения вроде «плетью обуха не перешибешь» и «нас все равно никто не спросит и не услышит». Нельзя не сказать и о том, что снижению накала страстей по реформе в очень сильной мере способствовала обрушившаяся на мир и на Россию, в частности, пандемия коронавируса. Она отодвинула на задний план множество проблем, и эту – в том числе.

Однозначно одно – впереди новые выборы в Государственную Думу России. А, следовательно, тема вызвавшей в народе непонимание, обиду и почти поголовное отторжение пенсионной реформы неизбежно будет педалироваться самыми разными политическими силами – от провластных до оппозиционных. Ее актуальность дает основания надеяться, что власть предпримет какие-то шаги к определенному смягчению реформы или, как минимум, корректировке ее наиболее спорных и проблемных моментов.

На полную отмену самого непопулярного нововведения последних лет, о возможности которой нет-нет да и заявляют самые записные оптимисты, уповать, конечно же, не приходится. Впрочем, внешне смирившийся с неизбежным злом народ будет искренне рад даже наименьшим послаблениям.