Конец «истории успеха»: Госдеп США пытается силой отстоять своё лобби в «Нафтогазе»

Соединенные Штаты Америки вовсе не «локомотив» прогресса или демократии во всем мире, скорее наоборот: они символ упадка и деградации. Все, что хорошо для Америки в ее зарубежных экономических спецоперациях, обычно оборачивается колоссальным вредом для страны, в которой она их проводит. Яркий пример представляет собой украинский «Нафтогаз», будущее которого весьма беспокоит американскую элиту, что, казалось бы, должна быть далекой от внутриукраинских энергетических отношений.


Совсем недавно стало известно, что наблюдательный совет «Нафтогаза» лишился трех независимых членов из Великобритании, Франции и Бельгии. Они добровольно покинули должность в знак несогласия с назначением Юрия Витренка главой компании. По их мнению это приведет к дальнейшему увеличению коррупции, а также отразится на финансовых показателях работы монополиста.

Конечно, в эту ситуация не могли не вмешаться США. Американский Госдеп выразил обеспокоенность сложившимся положением дел, назвав это «атакой» на реформу госуправления, похожей на реальную «историю успеха», которой, впрочем, приходит конец. Об этом, в частности, говорит небезызвестная Виктория Нуланд, ныне занимающая должность заместителя госсекретаря.


- подчеркивает Нуланд.

До нее «обеспокоенность» высказал другой представитель Госдепа США Нед Прайс. Разумеется, Вашингтон не хочет терять свое собственное прямое лобби в «Нафтогазе». Нового главу Юрия Витренко тяжело назвать кристально чистым функционером. Его «вина» перед обеспокоенными США лишь в том, что он может проводить если не честную, то хотя бы независимую (в своих интересах) политику, без учетов наблюдательного совета и правления, людей с Запада.

Именно поэтому ушли независимые члены набсовета, пытаясь шантажом заставить отменить решение о назначении Витренко на ключевой пост. К давлению присоединился и Госдеп, «входя» в совершенно несвойственную ему сферу отношений.

Американцы очень не хотят терять рычаги влияния на компанию, тем более местного регионального монополиста, крепко «держащего» за контракт сам «Газпром». В этой простой связи вырисовывается переход от экономики к политике, столь интересный американскому внешнеполитическому ведомству.