Неизвестный Николай Второв, ставший первым. История успеха сибирского Моргана

В мае 1918 года в Москве в роскошном особняке у Спаса на Песках, рядом с Арбатом, был застрелен, пожалуй, самый яркий представитель российского бизнеса начала двадцатого века Николай Александрович Второв. То ли он чем-то не понравился новой власти, и его пристрелил «человек в кожанке», то ли самый богатый человек в царской России был убит в банальной семейной ссоре.

Выяснять обстоятельства гибели Николая Второва особо не стали, - время было не то, и вскоре положили папку с уголовным делом в архив. Он оставил после себя огромное состояние: 60 миллионов рублей, к тому же капитал активов, контролировавшийся им, равнялся 150 миллионам. Как, за счёт чего можно было достичь всего этого?

Большую, если не сказать первостепенную роль, в формировании Второва-предпринимателя сыграла семья, где знали счёт каждой копейке и стремились хорошо зарабатывать. Отец Николая Александровича – костромской мещанин – был расчётлив, любил рисковать, зарабатывал буквально на всем.

Говорят, что первый свой небольшой капитал он скопил, работая спиртоносом – нелегально переправлял спирт на золотые прииски. Потом организовал сеть мелкой розничной торговли в нескольких сибирских городах. Брался и за крупные проекты, несколько раз был на грани банкротства, но никогда не отступал от намеченной цели.

Когда в Иркутске весной 1866 года в семье Второвых родился сын Николай, его отец уже был лидером оптовой мануфактурной торговли в городе - товары он закупал и привозил из Центральной России, занимался продажей пушнины, золота. К концу века Второв-старший считался одним из самых крупных предпринимателей Сибири и носил звание купца первой гильдии.

Отец мотался по матушке-России, а дети не сидели под маминой юбкой – и Николая, и его брата Александра Александр Федорович приучал к торговле в магазинах, на ярмарках. Поэтому, когда в 1897 году Второв-старший с семьей переехал в Москву, он без тени сомнения оставил свои сибирские дела сыновьям, которые остались в Сибири заниматься промыслом – Николай в Томске, а Александр в Иркутске.

В Москве мануфактурный король Александр Второв в 1900 году учредил «Товарищество А.Ф. Второв с сыновьями», паи которого, правда, не торговались на бирже, а по заведенной купеческой традиции распределялись между членами семьи. Умер глава компании Второвых в 1911 году, оставив наследникам ни много ни мало 13,5 миллиона рублей, причем 8 из них достались Николаю.

Деньги огромные, но распорядиться ими нужно было с умом, действовать рисково и агрессивно. Вскоре Николай Александрович стал пайщиком известного в те годы Товарищества мануфактур Н.Н.Коншина, затем вошел в число его директоров. Коншин был человеком чрезвычайно осторожным и, конечно, первому встречному такое крупное дело не доверил бы.

Но с Второвым его связывала прочная деловая дружба – они на паях владели двумя сибирскими золотопромышленными компаниями. В компаньоне предприниматель не ошибся. Николаю Александровичу было присуще чувство нового.

Чтобы фирма работала стабильно и выдавала качественную продукцию, он взялся за коренное техническое переоснащение производства, и фабрики Товарищества заметно прибавили в увеличении выпуска продукции, которая стала успешно конкурировать не только на отечественном, но и на зарубежных рынках.


Перед первой мировой войной Россия переживала экономический подъем: рождались многоотраслевые корпорации, зачинателем части из них стал Николай Александрович Второв. Он без тени сомнения инвестировал огромные средства в металлургическую, химическую промышленность, не забывал о банковском бизнесе, вложениях в недвижимость.

К этому времени его фамилия по праву стояла рядом с именами Рябушинских, Морозовых, Коноваловых, Прохорова. Например, если говорить о банковском бизнесе, то следует вспомнить о том, что Николай Второв довольно быстро стал «своим человеком» в клане купцов Рябушинских и активным участником финансово-промышленного объединения «Группа Рябушинского». А затем помимо всего прочего организовал и свою финансовую группу.

Николай Второв следил, чтобы на его производстве все было на высшем, современном уровне. Сохранился рассказ о том, как в Бийске открывали новый второвский магазин. Его открытию предшествовала яркая реклама.

В широких витринах был выложен товар из самых модных европейских магазинов. Покупателей встречали мальчики в форменной одежде. При магазине работал специальный цех, где можно было подогнать по фигуре понравившуюся одежду. Покупки упаковывались в красочные коробки.

«У Второва можно купить всё!» - Любил говаривать Николай Александрович. Однажды подвыпивший мещанин заглянул в парфюмерный отдел магазина в Бийске, где продавались самые изысканные духи, и потребовал деготь для сапог. Узнав об этом, Второв послал мальчишку в ближайшую лавку за дёгтем.

Его упаковали в изящную коробку, пока хозяин магазина развлекал покупателя забавными историями, и вручили удивленному посетителю. «Вот это да!» - только и смог вымолвить тот. А в магазине на следующий день появилось специальное отделение, торгующее кремами, ваксой и дегтем.


В Москве для Второва быстро возвели великолепный особняк, тот самый, где он и окончил свою жизнь, и где сегодня расположилась резиденция американского посла. В предвоенные дни первопрестольная столица становится центром деловой жизни, здесь возникает множество новых компаний, для которых уже не хватало места в традиционном центре московской торговли – Китай-городе.

И Второв рискует, - он покупает в 1913 году рядом с Китай-городом большой участок земли на Варварке и воздвигает там «Деловой двор», где предприимчивый человек мог найти для себя все: помещение для конторы, склады, торговые ряды, гостиницу, почту, телеграф. Новостройку раскупили буквально на корню, не дав просохнуть краске на зданиях.

Не забывал коммерсант и о своей семье. Купив землю на Спасопесковской площадке рядом с Арбатом, он построил огромный, роскошный особняк, где, как уже говорилось, оборвалась его многотрудная жизнь.

Николаю Александровичу было 52 года, когда он ушёл из жизни. Хоронили его тысячи рабочих и служащих, которые несли венок с надписью «Великому организатору промышленности». Разогнать похоронную толпу даже новая власть не посмела.

О Второве забыли довольно скоро, но свершенное им напоминает о нем до сих пор. Завод АМО, который он поднимал, стал знаменитым ЗИЛом,– завод «Электросталь» - ещё одно детище Второва, вырос в одного из лидеров российской электрометаллургии.

Справедливости ради заметим, что Москва, для которой так много сделал Николай Александрович, не сразу, но все же вспомнила о нем,- в 2002 году одна из улиц столицы была названа его именем. На этой улице установлен памятник.