Об особенностях национальной коррупции и других проинфляционных факторов

До 3% к годовой инфляции по самым скромным подсчетам может добавлять коррупция только на госзаказе. К такому печальному выводу пришли экономисты портала «Финобзор», основываясь на данных исследования Высшей школы экономики, в ожидании очередного повышения ключевой ставки.


В конце 2021 года Институт государственного и муниципального управления НИУ ВШЭ занялись исследованием уровня коррупции при государственных закупках. Авторы провели анонимный опрос российских компаний, участвующих в системе госзакупок и выяснили, что с коррупцией при прохождении конкурсных процедур сталкивалось 71% поставщиков. В среднем взятка обходится компании в 22,5% от суммы контракта (источник – РБК).

«Коррупционное удорожание» госзаказа

Объем госзаказа в России в 2023 году составил 32 триллиона рублей (источник – «Интерфакс» со ссылкой на заместителя руководителя Федерального казначейства Анну Катамадзе).

Предположим, что уровень коррупции с 2021 года не изменился.

Коррупционная составляющая = средний размер взятки (22,5%) х доля поставщиков, «дающих взятки» (71%) = 16%.
32 триллиона рублей х 16% = 5,12 триллиона рублей.

5,12 трлн рублей – объем коррупции при госзаказе в денежном выражении или необоснованное удорожание.

Влияние коррупции на инфляцию

ВВП равен совокупному предложению и совокупному спросу. В рыночной экономической системе они уравновешиваются посредством цен. Точка пересечения кривых совокупного спроса и предложения называется общим уровнем цен в экономике. Ее движение вверх на графике – это и есть инфляция. Используется во многих макроэкономических моделях. Другие определения инфляции кроме роста цен – это от «незнакомства» с такими моделями, так называемая, «ошибка публикации».

Мы не будем утомлять вас сложными моделями, в том числе, особенностями движения этой точки в условиях полной занятости ресурсов и перегрева экономики, о которой говорит ЦБ. Посчитаем проще.

Совокупное предложение (ВВП) – это общий объем предложения товаров и услуг в экономической системе (национальной экономике), в том числе на госзаказ. Удорожание госзаказа в результате коррупции – это удорожание всего совокупного предложения. Нужно соотнести удорожание при госзаказе с объемом совокупного предложения, то есть ВВП.

ВВП (совокупное предложение) 2023 года – 172,15 триллиона рублей (по данным Росстата).

Удорожание совокупного предложения из-за коррупции = объем коррупции/совокупное предложение = 5,12 триллиона рублей/172,15 триллиона рублей = 2,97%.

Другие проинфляционные факторы

1. Инфляция спроса.

Основные факторы инфляции спроса лежат в составляющих совокупного спроса – это государственные расходы, потребительский спрос, инвестиционный спрос (закупки предприятий) и чистый экспорт (экспорт минус импорт). Для его охлаждения используется жесткая денежно-кредитная (повышение ставки) и бюджетная политика (снижение госрасходов и дефицита бюджета, повышение налогов).

Однако у нас с середины 2023 года ДКП ужесточалась, а бюджетная (фискальная) политика была довольно мягкой. С точки зрения эффективного макроэкономического регулирования и борьбы с инфляцией такая несогласованность двух политик является нонсенсом. С 2025 года предполагается жесткость обеих политик со смягчением в 2026–2027 годах.

Повышение ключевой ставки направлено на снижение денежной массы через банковский мультипликатор – кредиты дорожают и становятся менее востребованы у населения и предприятий. Однако в условиях продолжающейся инвестиционной активности бизнеса, борющегося за освоение высвободившихся после 2022 года рыночных ниш, в том числе, с китайскими компаниями, корпоративное кредитование продолжает расти и увеличивать денежную массу, инвестиционный и совокупный спрос. Это сейчас по мнению ЦБ – главный проинфляционный фактор.

Существенное влияние на инфляцию оказывает рост цен на продукцию российского экспорта. Это вопрос неэффективности регулирования таможенных тарифов. Например, тарифное регулирование по зерновым довольно эффективно – цены на пшеницу в России на 60-70% ниже, чем на мировом рынке. А вот по другим товарным группам, например, растительным маслам, по которым самообеспечение страны по данным за 2023 год составляло 275,9% (производство к внутреннему потреблению) таможенные тарифы регулируются «менее эффективно».

Что касается потребительского спроса, то кредитование населения падает, рост зарплат замедляется с середины 2024 года. Также происходит постепенное ужесточение фискальной политики. В 2025 году по сравнению с 2024 годом дефицит федерального бюджета снизится с 1,7% до 0,5%, расходы уменьшатся с 20,1% до 19,3% ВВП, тогда как доходы лишь с 18,4% до 18,1% ВВП. Увеличатся налоги.

2. Инфляция предложения

Каждую посевную и уборочную мы наблюдаем «нефтяное ралли» – особенности национального земледелия, влияющие на стоимость продовольствия и транспортные расходы во всей экономике. Для того, чтобы стабилизировать внутренние цены на ГСМ и стимулировать экспорт нефтепереработки можно заменить НДПИ на экспортные пошлины на сырую нефть. Аналогичным образом на все цепочки поставок влияют тарифы естественных монополий, вызывая мультипликативный эффект.

Немаловажное значение имеет удорожание импорта, доля которого в совокупном предложении России по разным оценкам составляет около 20%. То есть ослабление рубля, например, на 10% «теоретически» может привести к удорожанию совокупного предложения и повышению инфляции на 2%.

Представители ЦБ периодически говорят о рисках внешних шоков, но о возможной активизации валютных интервенций не хотят и слышать, даже от авторитетных банкиров. В конце ноября – начале декабря мы могли наблюдать явный диссонанс в антиинфляционной политике регулятора на кредитном и валютном рынке.

Неясной остается роль «параллельного импорта» в удорожании совокупного предложения. Эта «серая зона» недостаточно исследована.

Да и в целом, какого-либо факторного анализа наши денежные власти не затрудняются предоставить за исключением общих умозаключений в сильно запаздывающих аналитических записках. При этом рост зарплат однозначно оценивается как ключевое «проинфляционное зло». Это действительно вызывает инфляцию издержек во многих отраслях, но «кто б ее считал».

Инфляция предложения более опасна, она может вызвать инфляционную спираль и ее труднее побороть. «Коррупционное удорожание» госзаказа относится к инфляции предложения.

О трудностях поиска «черной кошки в темной комнате»

Аналитики коммерческих баков проводят свой факторный анализ и даже иногда осторожно доводят свои выводы до общественности. Например, о том, что в текущем моменте, согласно их анализу, влияние денежной массы на инфляцию близко к нулю.

Тогда с чем борется регулятор? При том, что у нас монетизация экономики (отношение денежной массы к ВВП – сейчас, по нашим оценкам, в районе 58%, в начале года была 56%) находится на уровне близком к дефициту ликвидности и проблемам денежного обращения (ниже 50%). Для сравнения в США этот показатель – 95%, а нормой в современной экономической модели является 80–100%.

Post scriptum


– Владимир Путин об особенностях национальной коррупции.