Деловая активность в России достигла трехлетнего дна, средний класс при смерти

Показатели деловой активности российского бизнеса продолжает стремительно снижаться. Специальный индекс PMI, который рассчитывает агентство S&P Global по итогам опросов компаний, в сентябре снизился с 49,1 до 46,6 пункта (больше 50 п.п. – рост, меньше, соответственно, спад).


В обрабатывающей промышленности наступил четвертый месяц снижения деловой активности подряд, а в сфере услуг падение в сентябре стало самым сильным с декабря 2022 г., отмечается в отчете S&P Global. А значение сводного индекса, отражающего деловую активность в промышленности и услугах, оказалось минимальным с октября 2022 г.

Эксперты отмечают два фактора: ускорение спада в обработке наложилось на спад в секторе услуг. В августе PMI в услугах еще находился на границе, отделяющей рост от спада – ровно 50 пунктов, то есть достиг пограничной зоны.

Падению производства в сентябре благоприятствовало сокращение новых заказов третий месяц подряд, причем темпами, ставшими самыми быстрыми с декабря 2022 г. (а в промышленности – с мая), отмечает S&P Global. Предприятия отмечали сокращение числа клиентов, а также ухудшение их покупательной способности.

Рост затрат на поставщиков, зарплат и услуги на коммуналку привели к скачку оперативных расходов компаний сектора услуг. Издержки росли самыми быстрыми темпами за пять месяцев. Перекладывать их на потребителей компаниям все сложнее. Отпускные цены росли медленнее, чем издержки, как в услугах, так и в промышленности.

Мониторинг более 10 тыс. предприятий, проводимый Центральным банком, показывает торможение, но не спад деловой активности. Рассчитываемый по итогам опросов индикатор бизнес-климата (ИБК) в сентябре сократился до 1,8 пункта с 2 в августе (у ЦБ рост от спада отделяет нулевое значение).

Гражданская часть промышленности быстро сокращается. Близкий к властям аналитический центр ЦМАКП подсчитал, что выпуск в большинстве гражданских отраслей в этом году неуклонно снижается и общий спад достиг 5,4%, а за последние 12 месяцев – 6,3%. Шок от высоких процентных ставок для промышленности сопоставим с шоками пандемии и начала конфликта на Украине. Рентабельность во многих отраслях опустилась ниже ставок по кредитам и безрисковым финансовым инструментам.

Очевидно, что гражданская экономика стала жертвой стремительного роста военной. Высокие ставки, которыми ЦБ борется с вызванной военными расходами инфляцией, способствуют перетоку ресурсов из гражданских отраслей в военные,

Хуже всего то, что в правительстве, похоже, уже смирились с застоем в экономике. По обновленному правительственному прогнозу, в этом году она вырастет на 1%, а в следующем на 1,3%. Возможно, это даже оптимистично. Почему это важно? Просто потому, что средний бизнес питает средний класс, основную массу населения и плательщиков налогов, создающих кровоток средств в государстве. Таким образом, уничтожение среднего бизнеса и класса приводит к тому, что государство вскрывает себе вены.