Социальное обеспечение в Китае

Китай по многим социальным аспектам сложно сравнивать с другими странами, на которые принято равняться, прежде всего потому, что это очень большая страна (четвертое место в мире) с гигантским населением (первое место в мире), которое до середины прошлого века было погружено европейскими «цивилизаторами» и местными князьками в болото крайнего убожества. Можно было бы сравнивать Китай с соседней Индией, ведь там тоже живёт более миллиарда человек. Однако у Индии в три раза меньше территория и на 50% больше пахотных земель.


Не масштабируемое на другие страны своеобразие Китая накладывает неизгладимый отпечаток на всё в стране, особенно на уровень и качество жизни. Тем не менее в 2021 году Китай громогласно заявил о полной победе над нищетой. Не в последнюю очередь благодаря своей социальной политике, потратив за последние восемь лет на борьбу с бедностью астрономические $250 млрд (10% годового бюджета своей страны или весь годовой бюджет Индии).

Система социального обеспечения КНР начала формироваться с окончанием гражданской войны и обретением страной независимости в 1949 году. Коммунистическая партия Китая, фактически обладая на протяжении 70-летней истории КНР полнотой власти в стране, пробовала различные подходы к социальной политике от уравнительного распределения до избирательно-рыночного подхода, свойственного западным странам. Однако при этом китайские власти никогда не отступали от необходимости государственной поддержки самых бедных слоёв населения. Голода с середины XX века китайский народ больше не знал.

В начальный период существования КНР был введён порядок «данвэй», согласно которому централизованно через государственные предприятия распределялась социальная помощь населению в виде продуктов питания, одежды и жилья. Многие школы и больницы строились и содержались крупнейшими фабриками и заводами. Это была целая социалистическая философия эпохи форсированной индустриализации, согласно которой коллектив рабочих становился ячейкой общества, давал наставления по всем личным делам каждого работника, определял не только рабочее место, но и предоставлял жилплощадь, осуществлял организацию политических кампаний. Разумеется, стратегическое и идеологическое направления этой стихии низовой организации задавала компартия и лично Мао Цзэдун.

Вместе с тем в начале 1950-х были созданы бесплатные государственные системы здравоохранения и образования, в городах было введено страхование для рабочих и пенсии по старости.

В результате этой социальной политикой были охвачены в основном жители городов. Это было не только неизбежным для бедной страны выбором, но и мощным стимулом для крестьянства объединяться, как и у нас в СССР, в кооперативы, которые социально поддерживали своих членов, иногда даже не хуже, чем государство рабочих и служащих.

Эта система развивалась и совершенствовалась, охватывая всё большую часть населения, вплоть до конца 1970-х, когда был взят курс на «реформы и открытость». Масштабное изменение политики государства потребовало масштабного пересмотра системы социального обеспечения. Предприятия были переведены на жёсткий хозрасчёт, поэтому закреплённые за ними согласно принципу «данвэй» функции и учреждения начали деградировать. В результате реформ китайские предприятия трансформировались из социально-экономических столпов общества в коммерческие фирмы, выполняющие государственный заказ. Произошёл переход от плановой экономики к рыночной, однако без приватизации госсобственности в частные руки. Вместе с тем в Китае появился обширный частный сектор, западные корпорации стали активно переносить производство в Поднебесную, в города за работой хлынули миллионы бывших крестьян.

Система социального обеспечения Китая трансформировалась под влиянием опыта западных стран, но на основе местных экспериментов. Официальный орган ЦК КПК газета «Жэньминь Жибао» писала:


Эта система чем-то напоминала нашу политику адресной поддержки, т. е. для получения помощи от государства необходимо было подтвердить, что твои доходы ниже минимально допустимых. Плюсом действовали специальные программы поддержки: «тепло» (дополнительная помощь бедным), «счастье» (помощь бедным матерям), «надежда» (помощь бедным детям), «водоём» (помощь селянам с доступом к питьевой воде) и подобные другие. Система поддержки основывалась на таком понятии, как прожиточный минимум.

Новый этап развития социальной политики начался в 2002 году, произошёл в некотором роде синтез новых, рыночных методов и старых, плановых.

Социальное обеспечение в современном Китае — это прежде всего социальная помощь. Основным показателем помощи служит прожиточный минимум, который не только устанавливается в каждом регионе свой, а в некоторых случаях даже для отдельных групп населения, но и постоянно меняется в сторону увеличения. В местных бюджетах закладывается статья «на обеспечение прожиточного минимума». Вторым по важности показателем является минимальный размер оплаты труда, который также устанавливается в каждом регионе свой и не может быть меньше прожиточного минимума. Партия и местные правительства призваны следить за выполнением требования закона, надзирать над предприятиями.

Сама по себе социальная помощь — это создание рабочих мест, регулирование минимальной оплаты труда, формирование фондов поддержки населения (в т.ч. инвалидов), формирование условий для выхода из бедности. И всё это во многом работает в ручном режиме под партийным контролем. Например, нуждающуюся семью в деревне могут заставить выращивать овощи, фрукты на продажу, обеспечив ей рынок сбыта продукции, а местные предприятия обязать взять на работу хотя бы одного члена такой семьи.

Социальная помощь в Китае, в отличие от других стран, предоставляется, как правило, в натуральной форме. Сделан упор на обеспечение необходимым — работой, жильём, одеждой, бытовой техникой, и т.д., а не на денежные пособия. КПК вполне обоснованно считает, что пособия «развращают народ» и не способствуют «пониманию необходимости участия в общенародной деятельности».

Основанием к социальной помощи является маленький доход семьи. Несмотря на то, что данная сфера основывается на рыночном показателе «прожиточный минимум», характер оказываемой помощи больше похож на планово-социалистический.

Второй сферой социального обеспечения в Китая является социальное страхование: пенсионное, медицинское, по безработице, материнства и пособия на детей.

Здесь всё достаточно стандартно, как и во многих других странах налоговые сборы формируются в фонды социального страхования, из которых производятся выплаты гражданам.

Кроме того, в Китае развивается система выплат от предприятий, в том числе надбавки к пенсии.

Размер пенсии устанавливается в каждом регионе свой, и они сильно разнятся, в некоторых случаях пенсия превышает минимальную заработную плату (Гуандун, Шанхай), что считается признаком высокого уровня жизни.

Размеры взносов в фонд социального страхования в каждой провинции и каждом городе тоже свои и постоянно меняются.

Существует в Китае и пособие по безработице, размер которого устанавливается на местном уровне, но он не бывает меньше прожиточного минимума. Пособие выплачивается от 12 до 24 месяцев.

Кроме того, в Китае получает развитие частная инициатива пенсионных накоплений и страхования для состоятельных граждан.

В начале 2021 года Си Цзиньпин отчитался: «Трудная задача ликвидации бедности решена, вопрос с нищетой полностью решен, нищета в региональном масштабе преодолена. Совершено еще одно историческое чудо!»

По меркам ООН в Китае не осталось бедных, и вклад КНР во всемирную борьбу с бедностью, по словам генсека ООН, составляет 70%.

Крупная заслуга в этом принадлежит системе социального обеспечения, в том числе и тому, что она построена не на распространённом на Западе принципе денежных подачек.

Китайские коммунисты, как ни странно, разделяют позицию либералов, что «вертолётные деньги» в условиях рыночной экономики только «подстёгивают инфляцию», т. е. ведут к повышению частными предприятиями цен на самые востребованные товары. Правда, наши либералы предлагают накачивать рынок кредитов государственными деньгами, а китайцы стараются оказывать государственную поддержку бедным либо в натуральной форме, либо опосредованным способом: запуская крупные инфраструктурные проекты, строя сеть высокоскоростных железных дорог и т. п.

Китайцы, видя что пособия убивают мотивацию к труду в богатых западных странах, постарались концептуально обойти эту проблематику. Пока во многом это удаётся. Китайский опыт заслуживает внимания и всестороннего изучения.

Однако для организации социальной помощи в натуральной форме или опосредованными инструментами необходима не только политическая воля руководства страны, но и армия исполнителей, которые не погрязнут в бюрократическом формализме и коррупции, а будут способны участливо и по справедливости регулировать распределение.

В Китае с этим тоже всё не так безоблачно. Учитывая закаченные в «социалку» циклопические размеры юаней и ежегодные масштабные посадки чиновников, огрехи организации социальной помощи китайское правительство компенсирует репрессиями коррупционеров и ростом финансирования. Но пока такая модель себя вполне оправдывает, по крайней мере по мнению КПК.