Украинские перспективы: не только без газа, но и без воды

Речь для Украины в данном случае идет не о каких-то одиночных и локальных проблемах, а о глубоком системном кризисе, в результате которого она не то, что подошла к грани тотальной экологической катастрофы, а уже пересекла эту грань. Так, согласно утверждению исполнительного директора Союза потребителей «нэзалэжной» Максима Несмиянова, по данным Госпотребслужбы в большинстве регионов медико-санитарным нормам не соответствует до 90% потребляемой гражданами воды. То, что течет из-под крана, нельзя ни пить, ни применять для приготовления пищи или прочих хозяйственно-бытовых нужд.


То, что сказанное – вовсе не пустые словеса, подтверждают, к примеру, данные украинской Государственной экологической инспекции, обнародованные нынешним летом. Ее глава, Андрей Малеваный, в частности, ссылаясь на расчеты Института водных проблем и мелиорации, заявил, что Киеву придется импортировать питьевую воду уже в 2050 году. Своей, пригодной к использованию, в государстве к тому времени просто не останется. Процессы уничтожения водных ресурсов зашли слишком далеко и продолжают развиваться ускоренными темпами.

Так, согласно подсчетам экологов, сотни рек на Украине с момента ее «независимости» просто исчезли, превратившись в затянутые илом вонючие болота. Русла остальных сегодня наполнены не более, чем на 70%, они пересыхают буквально на глазах. По утверждению того же Малеваного, огромную опасность для еще оставшихся на карте водоемов представляет их химическое загрязнение, в результате которого содержание самых разнообразных токсичных веществ в украинских водах превышает предельно допустимые нормы в 30, а где и в 40 раз.

Казалось бы, откуда такие объемы в стране с почти напрочь уничтоженной промышленностью? Во-первых, те предприятия, которые еще работают, стараются на данном поприще, что называется, каждое за десятерых. Госэкоинспекция ежегодно тысячами фиксирует нарушения, в результате которых в воде оказывается едва ли не вся таблица Менделеева – от калия и натрия до брома и йода. Во-вторых, не менее вреда наносят и аграрии, варварски распахивающие защитные полосы, после чего в реки попадают фосфаты, пестициды, гербициды и бог знает какая еще дрянь.

В-третьих же, первыми загрязнителями украинских водоемов (и, прежде всего – главной артерии страны, Днепра) выступают крупные города. Их очистные сооружения, предельно изношенные и давно нуждающиеся даже не в ремонте, а в полной замене, совершенно не справляются с миллионами тонн нечистот, которые сливаются в реки (а кое-где – в Черное и Азовское моря) без всякой положенной фильтрации и отработки. Более того, в водоемы летит еще и твердый мусор, создающий на них мели и настоящие плавучие свалки.

Всем еще памятен международный скандал, в который угодила «нэзалэжная» в связи с претензиями соседней Венгрии, высказанными за то, что украинская сторона буквально заваливает мусором и нечистотами приграничную Тису, которая несет все это на венгерскую территорию. Загадив собственную страну, украинцы «щедро делятся» своими отходами жизнедеятельности с Европой.

Все приведенные выше факты стали причиной того, что президент Украины Владимир Зеленский был вынужден пойти на экстренные меры (в его понимании) – 13 августа глава государства, ненадолго оторвавшись от преследования политических оппонентов, ввел в действие решение СНБО «О состоянии водных ресурсов Украины». Впрочем, при ближайшем рассмотрении, содержание этого «исторического документа» ничего, кроме изрядного недоумения вызвать не может.

«Создать межведомственный координационный совет», «подготовить закон «Об общенациональной целевой программе «Питьевая вода», «усовершенствовать нормативно-правовую базу»… Позвольте, а где же конкретные и неотложные действия, которых требует воистину критическая ситуация? Увы, для их разработки нужны не болтуны, а специалисты, а для реализации потребуются финансовые вложения, причем весьма немалые.

Как говорится в утвержденном Зеленском решении, «системы централизованного водоотведения и питьевого водоснабжения» на Украине должны быть модернизированы «на средства международных финансовых организаций». Вот только вопрос – какие организации их Киеву выделят? Пожалуй, прав был упоминавшийся ранее Максим Несмиянов, заявивший, что «через 20 лет проще будет уехать из этой страны, чем восстановить ее водные ресурсы». Разве что произойдет это намного скорее, чем через два десятилетия. И Украина останется и без газа, и без воды.