30 лет со дня либерализации цен в России и начала реформ Гайдара

Пережившая крушение некогда Советского Союза, наша страна с новыми надеждами и тревогами смотрела в будущее. Россия, жившая до этого в единой «семье» пятнадцати стран и народов, теперь была вынуждена отправляться в одиночное плавание и в соответствии с новыми реалиями выстраивать свою дальнейшую жизнь.


Конечно же, изменений и существенной перепланировки требовали, практически, все сферы народного хозяйства. Проблемы, с которыми столкнулась Россия в результате разрыва экономических цепочек в достаточно скором времени ощутил на себе каждый житель страны. Согласно данным, которые приводит Евгений Ясин, известный специалист в сфере экономики, показатели потребления населением практически всех основных видов продуктов питания упали в разы.

Продажа колбасных изделий снизилась на 24%, молочных продуктов на 41%. Народ начал массово «запасаться» различного рода консервами. Их продажа увеличилась практически в два раза. Вернулась к жизни давно забытая система карточек. В конце 1991 года «в одни руки» отпускался 1 килограмм сахара, полкило мяса, и 200 грамм масла. Ежемесячно стране требовалось около 5 миллионов тонн зерна, в то время как на начало 1992 года весь запас зерновых составлял 3 миллиона тонн.

Пришедшие к власти либералы, видели основной проблемой и пережитком оставшуюся в наследство от СССР, плановую экономику. Они были убеждены, что ее слом и переход на «новые экономические рельсы», то есть на рыночную экономику, должен был принести стране процветание, а народу благополучие.

Конечно же никто не утверждал, что образуется все и сразу, а в воздухе разольется благорастворение. Народ предупреждали, что какое-то время «будет тяжело». Однако, достаточно скоро ситуация стабилизируется, экономика получит новый толчок в развитии, сами собой уйдут в прошлое «ненужные отрасли и предприятия», их же место займут именно те, в которых действительно нуждается страна и народ.

Как уверяли в правительственных кругах, достаточно скоро Россия забудет о том, что такое пустые прилавки, очереди, карточки и дефицит, «невидимая рука рынка» все расставит по своим местам. Авторы программы радикальных реформ отечественной экономики разрабатывали ее и воплощали в жизнь руководствуясь именно такими принципами. Их «детище» представил 28 октября 1991 года Борис Ельцин, занимавший на то время пост президента России. В ноябре месяце этого же года под его руководством было сформировано правительство, в котором на пост министра экономики и финансов был назначен Егор Гайдар. Именно на него была возложена задача ставить страну на «новые рельсы».

Новый министр экономики придерживался мнения, что добиться нужного результата можно уже только с помощью программы достаточно жесткого «стресса» или «шока». Таковая включала в себя целый спектр преобразований, которые должна была пройти экономика страны, чтобы возродится уже в новом виде. Однако основные надежды возлагались на так называемую либерализацию цен, а также приватизацию и свободу рыночных отношений. То есть, предполагался полный слом всего и вся. То, что для экономики государства, работавшие многие годы «по плану» столь резкие, единовременные и глобальные реформы будут тем же, что для автомобиля, несущегося на полной скорости и вдруг утратившего управление – удар о бетонную стену, никому в голову не приходило.

Процесс был запущен. Начало ему положил произведенный 2 января 1992 года единовременный отпуск цен. В начале января 2022 - 30-летие событий, которые в историографии получили название реформ Гайдара.

Государство сохранило контроль только над достаточно небольшим перечнем социальных продуктов, в который входили соль, хлеб, сахар, спички, детское питание, молочные продукты, медицинские товары и … водка. Ценники на остальные товары отныне отправлялись «в свободное плавание». Розничные цены были «освобождены» на 90%, оптовые на 80%.

По изначальному замыслу либерализация цен всего лишь должна была сбалансировать до нужного уровня предложение и спрос. Однако, жизнь распорядилась по-своему, явив гражданам России жуткие последствия непродуманной политики управления государством, и слишком уж рьяного увлечения некоторых политических деятелей капиталистическими идеями Запада. Гиперинфляция, захлестнувшая страну, имела размеры катастрофические. На конец 1992 года она составляла 2600%, а цены на все без исключения потребительские товары выросли в 25 раз и более.

Однако, пожалуй, наибольший ущерб стране нанесли такие процессы как приватизация и либерализация рыночной торговли. Оба этих ноу-хау, практически, уничтожили промышленность страны. В страну стремительным потоком хлынули заграничные товары. Отечественные производители были не в силах им что-либо противопоставить ни по цене, ни по ассортименту, ни по качеству. Казалось бы, одна из целей программы «шоковой экономики» достигнута: рынок заполнен нужными и разнообразными товарами.

Однако для большинства граждан России значения это не имело никакого. Многим из них товары «свободного рынка» были попросту не по карману, поскольку на тот момент в результате гиперинфляции их доходы превратились в сущие копейки, которых еле хватало на то, чтобы в прямом смысле слова не умереть от голода.

Многочисленные российские фабрики и заводы, не выдерживая конкуренции импортных товаров попросту прекращали свое существование, породив при этом огромное количество безработных, и не имеющих вообще никаких средств к существованию. Часть отечественных предприятий в ходе приватизации, (впоследствии именовавшейся в народе не иначе как «прихватизация»), перешла к частным владельцам за чисто символическую плату. Под угрозой уничтожения оказались военная и космическая промышленность, наука и образование.

«Невидимая рука рынка» взяла Россию за горло. Единственным по-настоящему ценным ее результатом можно считать то, что пережившие это жуткое лихолетье россияне теперь сто раз подумают, прежде чем верить либеральным сказочкам и поддерживать тех, кто пытается с их помощью прийти к власти.