Американский экономист рассказал, как разозлил президента России

Западный мир стремится к тому, чтобы минимизировать зависимость в энергетике от России. Но сможет ли Запад без российских энергоресурсов или все же предстоит договариваться с Путиным? Американский экономист Дэниэл Ергин в интервью Bloomberg рассказал об альтернативе, которая злила российского президента еще 10 лет тому назад.


Экономист считает, что США из крупнейшего в мире потребителя энергоресурсов превращается в крупного производителя этих энергоресурсов и это не может не повышать геополитическую напряженность. Да, он видит больше факторов, в том числе украинский конфликт и климатические изменения, но на первое место ставит сейчас сланцевую добычу газа.

По его мнению, именно это на данный момент оказывает более серьезное воздействие на геополитику. Ергин рассказал о случае (который описал и в своей книге), когда 10 лет тому назад на международной конференции в Санкт-Петербурге, он задал вопрос Владимиру Путину, в котором произнес слово «сланцевый».


– вспоминает Ергин.

Экономист рассказал, как еще в начале 21 века в Америке отельные предприниматели и небольшие компании начинали осторожно внедрять технологию по добыче сланцевого газа. По его словам сланцевая революция началась там ближе к 2010 году.

Она подняла Соединенные штаты на новую позицию в мире и поставила Америку в один ряд с крупнейшими мировыми производителями нефти и природного газа, а в текущем году сделала еще и «самым крупным экспортёром сланцевого газа» – такое невозможно было представать еще 20 лет тому назад.

И все же американский экономист не дает четкого ответа на вопрос: сможет ли Европа не подчиниться требованиям России и обойтись без ее энергоресурсов. С нефтью – еще вопрос куда ни шло: этого сырья в мире достаточно, в вот с дизельным топливом и, особенно с природным газом, дела обстоят сложнее.

Возможно европейцы еще будут вынуждены «договориться с Путиным», чтобы не подвергать экономику стран ЕС риску и не оставить без тепла в очередной зимний сезон своих граждан. Все это будет зависеть от того, насколько сейчас Евросоюз сможет заполнить европейские хранилища природным газом.