Как санкции повлияли на импорт комплектующих для нефтедобычи в РФ?

Санкции, которые вводились против России сильно повлияли на то, откуда и как наша страна получает оборудование для нефтедобычи. Раньше большую часть техники для бурения и обустройства месторождений поставляли компании из Европы и США. После ввода санкций ситуация резко изменилась: поставки от западных партнеров начали сокращаться, и в итоге внимание РФ переключилось на Азию. В первую очередь, конечно, на Китай.


Давайте попробуем разобраться, как именно санкции повлияли на импорт компонентов для нефтедобычи, кто был главным поставщиком раньше, какие страны заняли их место и как обстоят дела сейчас.

Как все было до санкций?

До того, как были введены секторальные санкции, российская нефтегазовая отрасль почти целиком зависела от импорта. По данным Минпромторга РФ, в 2014 году около 80% всего критически важного оборудования для добычи нефти и газа закупалось за границей. То есть только одно из пяти устройств или установок производилось внутри страны – все остальное приходило из-за рубежа. Причем по многим видам техники российских аналогов тогда просто не существовало.

Основу технологической базы в то время составляло оборудование от зарубежных компаний. Российские нефтяные предприятия пользовались техникой и софтом ведущих мировых брендов – от буровых установок и насосов до сложных систем автоматизации.

Главную роль играли производители из США и Европы. На рынке работали крупные международные игроки – так называемая «большая четверка» нефтесервисных компаний: Schlumberger, Halliburton, Baker Hughes и Weatherford. Например, по состоянию на 2020 год они выполняли до 38% всех операций по гидроразрыву пластов в России, и это через 6 лет после ввода санкций в 2014 году.

Немало оборудования поставлялось из Германии, Великобритании, Норвегии и Японии. Импорт по насосам высокого давления составлял около 80%, до 77% оборудования для скважин закупалось из-за границы, а ПО для геологоразведки и моделирования месторождений почти на 100% было иностранным.

Как санкции ударили по отрасли?

Первые серьезные ограничения, затронувшие нефтегазовую сферу в России, появились еще в 2014 году. Тогда США и страны Евросоюза ввели запреты на поставку оборудования и технологий, которые применяются при разведке и добыче нефти в сложных условиях – на глубине, в Арктике и на сланцевых месторождениях. Под санкции попали не только сами установки, но и важный софт.

Однако в те годы ограничения были точечными и касались в основном узких, технологичных сегментов. Многие компании в России научились обходить эти меры: оборудование закупали через третьи страны или находили обходные логистические пути. Поэтому в целом последствия той «первой волны» оказались не столь разрушительными, как восемью годами позже.

Настоящий перелом произошел в 2022 году. Новые санкции оказались куда более жесткими и всеобъемлющими. Западные государства ввели запрет на экспорт почти всего оборудования, комплектующих и услуг, связанных с российским энергетическим сектором. В черный список попали 48 стран, включая США, Канаду, весь ЕС, Великобританию, Японию и другие.

В результате крупнейшие международные нефтесервисные корпорации свернули бизнес в России или передали его другим структурам.

Позже ограничения стали еще более жесткими. Так, в конце 2023 года Евросоюз в рамках 16-го санкционного пакета запретил передачу России целого ряда технологий, в том числе программных решений для разведки и добычи нефти и газа. Под запрет попали цифровые модели месторождений, системы автоматизации процессов и не только.

Что изменилось в поставках после санкций

После того как США, страны ЕС, Япония, Канада и другие государства ввели ограничения, прежние торговые связи с Западом буквально обнулились. Поставки из Европы сократились до символических объемов – например, импорт нефтегазового оборудования из ЕС в 2022 году упал на 9% даже по сравнению с уже скромным 2021 годом, и в 2023-м снижение продолжилось.

На смену пришли новые игроки – в основном из Азии. Китай быстро занял пустующее место. По данным таможни, поставки китайского нефтегазового оборудования в Россию в 2023 году выросли кратно. Особенно заметен рост в сегменте фильтрации и очистки газа – плюс 120% по сравнению с доковидным уровнем. Сейчас, по оценкам Минэнерго РФ, до 35% всей линейки оборудования закрывается именно за счет китайского импорта.

Выросли поставки из Турции, Казахстана, ОАЭ и Сербии. Эти страны стали важными транзитными хабами для параллельного импорта. Через них заходят небольшие партии западных комплектующих. А вот Индия, несмотря на дружественные отношения, не стала крупным поставщиком техники: ее промышленность просто не специализируется на нефтегазовом оборудовании.

Что именно попало под удар?

Санкции ударили по разным видам техники неравномерно. Где-то замену нашли быстро, а где-то – до сих пор дефицит. Например, показательна ситуация с буровыми установками. До 2022 года основным поставщиком здесь была американская NOV, а также китайские производители. После ухода США, китайцы – Norinco, CNPC, Sinopec, Kerui, Jereh – нарастили поставки. Сегодня, по данным «Росгеологии», большая часть импортных буровых – китайского производства.

Российский завод «Уралмаш-НГО» тоже увеличил выпуск, так что бурение не остановилось. Но в одном сегменте все сложно – это шельф. По словам Минпромторга, оборудование для глубоководных бурений в РФ не производится, и тут по-прежнему наблюдается полная зависимость от импорта.

Насосы и компрессоры

Критически важные насосы для добычи нефти – например, ЭЦН и буровые насосы высокого давления – раньше делали Schlumberger и Baker Hughes, в том числе на заводах в Тюмени.

Сейчас их заменили китайские аналоги: CNPC, Sinopec и Kerui активно поставляют нужную технику. Параллельно включились и российские заводы – «Ижнефтемаш», «Борец», «Группа ГМС». Однако сложные насосы, например, для морских платформ и интеллектуальных систем поддержания давления, остаются в дефиците. По таким позициям зависимость от импорта доходит до 80%. Зато по простым насосам отечественное производство справляется – импорт снизился до 20% и менее.

Контрольно-измерительные приборы

Здесь удар оказался особенно болезненным. Давление, расход, температура, контрольные системы – все это раньше закупалось у Emerson, Honeywell, Siemens и Yokogawa. Сейчас все они ушли. Китай поставляет аналоги – например, HollySys, WellinTech и другие. Ассортимент у них широкий, но, чтобы встроить все это в российские системы управления, нужны время и деньги.

Отечественные производители тоже не сидят сложа руки – в 2023 году стартовали проекты по созданию собственных SCADA-систем и контроллеров. Но на практике, по-прежнему, почти вся электроника и датчики – импортные. Импортозамещение в этой сфере только начинается. Многие комплектующие идут в Россию в обход, часто оформляясь как продукция «для других отраслей».

Программное обеспечение

Санкции больно ударили по софту. Программы от Schlumberger и Halliburton, Petrel, Eclipse, Landmark, ПЛК от Siemens – все это больше официально не поддерживается. Компании работают на старых версиях, ищут open-source замены или переключаются на китайские аналоги, но последние пока не дотягивают по функциональности. Тем временем российские IT-команды ускорили разработку отечественного ПО. Уже появились первые «цифровые двойники месторождений». Однако полной замены западному софту пока нет – по ключевым задачам зависимость по-прежнему может достигать 100%.

Что в итоге?

Импорт радикально сместился – вместо прямых поставок из США и Европы технику везут из Китая или через третьи страны. Логистика стала сложнее и дороже. Ассортимент тоже изменился: простые позиции вроде буровых, насосов, труб и арматуры по-прежнему доступны. А вот высокотехнологичные решения, такие как роторные управляемые системы для бурения на изгиб, фактически исчезли. Импорт по ним все еще составляет 100%, а аналогов пока не предвидится.

Несмотря на большие трудности и беспрецедентное санкционное давление, отечественные компании проявили гибкость и изобретательность. Найдены альтернативные логистические маршруты, узаконен механизм параллельного импорта, а для поддержки внутренних производителей появилась специальная цифровая платформа – «Биржа импортозамещения», где заказчики могут напрямую работать с российскими поставщиками, чем активно и занимаются.